26 Февраля 2024
"Надо любить и хранить те образцы русского языка, которые унаследовали мы от первоклассных мастеров". Д.А.Фурманов
Меню сайта
   Главная
   Новости
   Об АПРЯЛЮО
   Журнал, юбилеи
   Подшивка
   Конференции
   Семинары
   Конкурсы
   Международное
    сотрудничество
   Достижения студентов
    и школьников
   Методический уголок
   Литературная страничка
   Объявления
   О сайте
Поиск на сайте


Статистика


Легенда Осетии, легенда России, легенда Испании
Автор:

Георгий ТЕДЕЕВ,

ученик 10-го класса
гимназии «Рухс»
им. В. Хубулова

Доклад-победитель
Президентского конкурса
«История Осетии в биографии ее героев»
в номинации
«Осетины - Герои Советского Союза»

О нём много написано, хотя его имя не всегда упоминалось. Им часто восхищались, хотя опять же его истинную фамилию знали только единицы. На его долю выпало четыре войны. Ему довелось быть и связным партизанского отряда, и разведчиком, и диверсантом, командовать небольшими подразделениями и кавалерийскими соединениями. Самому закладывать фугасы и организовывать партизанскую войну на огромной территории. Великий Мамсуров Хаджи-Умар Джиорович - основатель военной разведки и первый, кто предложил идею о создании армейского спецназа. Человек, который на века прославил свой народ. Ему я хочу посвятить свою работу.

Один из асов диверсионной работы и прародитель советского спецназа Хаджи-Умар Джиорович Мамуров родился 15 сентября 1903 года в селении Ольгинское Владикавказского округа Терской губернии в крестьянской семье. В начале лета 1918 года юноша приехал во Владикавказ и поступил рабочим в железнодорожное депо. В августе, когда Северный Кавказ захлестнули революционные события, он примкнул к «красным» и стал бойцом горской кавалерийской сотни 11-й Красной армии, где провоевал несколько месяцев. Так началась его военная деятельность. Но вскоре, заболев тифом, был оставлен отступавшими сослуживцами в одном из владикавказских госпиталей. Город заняли белогвардейцы, начались обыски. Многих расстреливали. Лишь по счастливой случайности Хаджи удалось избежать такой участи.

С апреля 1919 года Мамсуров - разведчик и связной партизанского отряда, действовавшего в районе Владикавказа и Грозного.

Не раз молодой горец-осетин отличился в лихих налетах на подразделения и штабы «белых», а также в боях за Кисловодск, Пятигорск, Георгиевск, Невинномысск. В 1920-м, после возвращения регулярных войск Красный на Северный Кавказ, стал сотрудником Терской ЧК. В составе ее опергрупп участвовал во многих спецоперациях по ликвидации уцелевших белогвардейских отрядов. Имя отважного юноши было на слуху не только у горцев, поддерживавших советскую власть - оно звучало среди новых руководителей страны. Впрочем, судьба предоставила Хаджи шанс «засветиться» и на самом высоком уровне. В середине 1921 года он уехал учиться в Москву в Коммунистический университет трудящихся Востока. Казалось, теперь его жизнь будет далека от армии. Но судьба распорядилась иначе. Через полтора года его вызвали в Главное политуправление РККА и направили в распоряжение, предоставив отпуск. Хаджи отдыхал в родном доме, когда стало известно, что в середине мая на праздник объединения народов Горской АССР приедет сам всесоюзный староста Михаил Иванович Калинин.

Празднование должно было проходить между осетинским селением Ольгинское и ингушским аулом Базоркино, куда собирались прибыть представители многих горских народов. Однако накануне приезда высокого гостя в Ольгинское пришла тревожная весть: крупная банда белоказаков готовится к нападению на всесоюзного старосту. Времени на сбор больших сил не было. Но дать напасть на гостей в собственном доме значило нарушить древние Законы Гор, покрыть себя позором. Хаджи собрал два десятка местных удальцов и устроил засаду. Как только казаки приблизились к станице, отряд Мамсурова со свистом и гиканьем ударил им во фланг. В ходе короткой кавалерийской сшибки нападавшие были опрокинуты и бросились наутек. У горцев было ранено несколько человек, в том числе и командир отряда Хаджи Мамсуров: пуля разворотила бедро, к счастью, не задев кость.

Праздник состоялся.

Уезжая в Москву, председатель ВЦИК забрал с собой раненого горца, пролившего кровь ради его спасения, и определил его в одну из лучших столичных клиник. Немудрено, что столь насыщенная событиями биография открыла молодому кавалеристу путь в элиту РККА.

В 1929 году Хаджи-Умар (в 26 лет!) становится командиром кавалерийского полка, а еще через два года, окончив курсы усовершенствования командного состава при Военно-политической академии им. В. И. Ленина, переводится на работу в Разведывательное управление Красной армии. Отныне его жизнь будет связана с военной разведкой.

В начале 1930-х годов очаг международной напряженности переместился на Пиренейский полуостров. В Испании пала монархия и была установлена Республика. Однако 18 июля 1936 года в стране вспыхнул мятеж, поднятый генералом Франко. В страну на помощь мятежникам прибыл 200-тысячный итальянский экспедиционный корпус и 50-тысячный германский легион «Кондор». Тогда у всех людей Земли на устах было слово «Мадрид». Испанские патриоты с оружием в руках отстаивали свою свободу. К ним на помощь из всех стран спешили честные люди, знавшие, что несет миру фашизм. Не стоял в стороне и Советский Союз, пришедший на помощь республиканцам. Одна за другой создавались интернациональные бригады антифашистов.

Много героев дали бои под Мадридом. О них говорил весь мир. Однако особенно поражали воображение подвиги некоего полковника Ксанти. О нем слагались легенды. Ксанти наводил ужас на фашистов. Поговаривали даже, что пуля его не берет. Кто был этот человек, которого испанцы любовно называли «Ксанти»?

Полковник Ксанти - это не кто иной, как наш земляк Хаджи-Умар Джиорович Мамсуров. Вот что пишет о нем в своей книге «По странам трех континентов» известный советский кинооператор Роман Кармен: «До этого запомнившегося на всю жизнь дня я редко видел Хаджи-Умара Мамсурова. Осетин могучего телосложения с теплым взглядом черных глаз, он был нелюдим, неразговорчив. О хладнокровном мужестве Хаджи-Умара передавали шепотом удивительные истории. Не зная испанского языка, он ходил по фашистским тылам с небольшой группой отобранных им отчаянных храбрецов-испанцев. Его возвращения в Мадрид после очередного рейда опережались известиями о сумасшедших по дерзости и отважных делах: летели на воздух артиллерийского склады, рвались на фашистских аэродромах начиненные бомбами немецкие бомбардировщики, взрывались стратегические мосты и эшелоны с оружием Гитлера и Муссолини. Он ничего не рассказывал. А на вопрос только качал черной, как смоль, шевелюрой и улыбался застенчивой улыбкой, сверкнув из-под резко очерченных губ белоснежными зубами».

Во время одной из операций диверсионный отряд под командованием Ксанти, перейдя линию фронта, взорвал четыре моста на железных и шоссейных дорогах, а в конце рейда напал на аэродром, уничтожив почти три десятка транспортных самолетов.

При отходе с аэродрома Мамсуров был ранен в плечо, тяжело контужен близким разрывом гранаты, потерял сознание и... остался лежать на поле боя.

Отсутствие командира диверсанты обнаружили лишь на точке сбора в условленном месте. Неизвестно, как бы дальше сложилась судьба «полковника Ксанти», не будь к нему приставлена отважная переводчица аргентинка Паулина-Марианна, направленная в Испанию Коммунистическим интернационалом молодежи. Осознав всю критичность ситуации, девушка прыгнула за руль случайно подвернувшейся машины, вернулась к дымящемуся аэродрому и буквально из-под носа у прочесывавших местность франкистов вывезла беспомощного Хаджи. После возвращения из Испании в Советский Союз Ксанти и Лина, как называли ее между собой соратники-интернационалисты, стали мужем и женой.

Хемингуэй, находившийся в это время в Испании, очень хотел познакомиться с легендарным Ксанти. Он расспрашивал знакомых журналистов и военных. Однажды корреспондент «Правды» Михаил Кольцов предложил: « - Хочешь взять интервью у Ксанти? Могу устроить».

И такая встреча состоялась в мадридском отеле «Флорида». Хемингуэй сразу попал под обаяние собеседника. Еще до начала беседы корреспондент спросил, не найдется ли у хозяина вина. В Испании Хемингуэй пристрастился к домашнему красному вину и только у себя в гостинице отдавал предпочтение абсенту. Ксанти принес кувшин с вином и один стакан.

- Я не пью. Это у нас семейное. Отец тоже капли в рот не брал.

Но внешне лицо разведчика было непроницаемым, он ничем не выдавал своего недовольства. Хемингуэй начал задавать вопросы, присутствовавший Кольцов переводил. Два вечера беседовали они. Хемингуэй даже был допущен на два заседания вместе с партизанами Мамсурова. В одной из этих операций геррильерос (партизаны) вместе с Хемингуэем подорвали стратегический мост в горах Гвадаррамы. Именно этот эпизод больше всего запомнился Хемингуэю, и стал основной сюжетной линией будущего романа «По ком звонит колокол». А главным героем, конечно же, будет разведчик и диверсант - полковник Ксанти. Он будет американцем, решил Хемингуэй. Его герой Роберт Джордан начал приобретать реальные черты.

Интересно, что сам диверсант никак не оценивал литературные таланты своего именитого знакомого. В мемуарах Мамсуров выразился о Хемингуэе коротко и конкретно: «Слишком много пьет и много болтает». Впрочем, такая резкость вполне объяснима для людей военной профессии…

Самого же Мамсурова, получившего после возвращения с Пиренейского полуострова два боевых ордена, уже ждал новый театр военных действий. После знойных гор Испании ему предстояло оказаться в заснеженных лесах и болотах Карельского перешейка.

В 1938 году Хаджи-Умар был назначен руководителем одного из подразделений, отвечавшего в Разведывательном управлении РККА за организацию диверсионной работы в тылу армии противника после начала боевых действий. И потому, как только в карельских лесах зазвучали первые выстрелы, он выехал на фронт.

Зимой 1939-1940 года, во время финской войны, Мамсуров командовал особой лыжной бригадой, которая состояла из кадровых красноармейцев и добровольцев, отобранных командованием из числа студентов Ленинградского института физкультуры. Ее отряды уходили в финский тыл на 80, порой на 120, а то и на все
150 километров.

К наиболее громким делам диверсантов Мамсурова можно отнести уничтожение линии связи между пуоланкской и кухмониемской группами войск противника. Для этого лыжникам вместе со своим командиром пришлось преодолеть за пять суток на абсолютно безлюдной местности в сорокапятиградусный мороз около
200 километров, отыскать скрытые глубоко под снегом и землей кабельные каналы из прочного бетона и заложить в них принесенную с собой взрывчатку.

Кроме того, лыжники Мамсурова разгромили штаб 9-й пехотной дивизии финнов, уничтожили армейский узел связи, основательно «потрепали» пункты управления трех пехотных полков, уничтожили склады боеприпасов 9-го артиллерийского полка противника. И это — помимо рядовых засад и налетов, устраиваемых в 6-
8 километрах от линии фронта.

Не обходилось и без потерь - порой весьма досадных. 18 февраля 1940 года Мамсуров был вызван в политотдел 9-й армии, где получил задачу «преподнести финнам подарок к годовщине Красной армии», то есть устроить громкую диверсию именно 23 февраля. Хаджи-Умар пытался убедить политотдельцев, что они мыслят слишком стандартно и что именно в этот день финны устроят посты, усилят бдительность. Но все оказалось безрезультатно. В итоге группа из 50 лыжников, посланных в финский тыл, была легко обнаружена, окружена и полностью уничтожена. Люди Мамсурова трое суток вели неравный бой в окружении, последние двое из оставшихся в живых диверсантов подорвали себя гранатами.

Обо всем этом, как и о многом другом, Хаджи-Умар Джиорович говорил в апреле 1940 года в Москве, на совещании начальствующего состава Красной армии, где обобщался опыт советско-финской войны.

Тогда на трибуну выходили многие. Но именно выступление полковника Мамсурова стало наиболее ярким и резонансным. Ему, как и большинству военачальников, сидевший в президиуме Сталин задал вопрос: «Скажите, а вам кто-нибудь мешал командовать?». Любопытство вождя было не праздным: до руководства страны дошли слухи о том, что начальник Политуправления РККА, политработники позволяли себе вмешиваться в руководство войсками, командование полками и дивизиями.

Вопрос именно Мамсурову был задан не случайно: на фронте Лев Мехлис был членом военного совета именно 9-й армии, в полосе которой действовали диверсанты Хаджи-Умара. И именно Мехлис стал инициатором того самого «подарка финнам на 23 февраля», стоившего жизни полусотне бойцов Мамсурова. До этого, как впоследствии вспоминал генерал армии Павел Батов, на вопрос вождя все выступавшие командармы высоких рангов, героические комкоры, комдивы и комбриги отвечали отрицательно. И только командир лыжной бригады произнес: «Порой, товарищ Сталин, мешали. И сильно мешали».

На несколько секунд в зале повисла тишина. А потом Мамсуров стал рассказывать о своей работе на фронте, резко критикуя Мехлиса и некоторых других высокопоставленных политработников за то, что насаждали в армии порядки, связывающие творческие возможности и инициативу командиров.

Впрочем, самим командирам, особенно низового звена, от Мамсурова тоже досталось. «Мне дали лейтенантов из Тамбовского пехотного училища, - привел пример полковник. — Эти люди не были командирами, они даже бойцами не могли быть. Они оказались вымуштрованы, умели ходить по плацу, лихо козырять начальству, но не знали ни оружия, ни карты, ни движения по компасу. Многие из них идти к финнам в тыл откровенно боялись». И подытожил свой доклад предложением, вызвавшим неоднозначную реакцию в зале: «Считаю, что если бы у меня были подготовленные еще в мирное время бойцы, то нам удалось бы нанести противнику более существенный урон. Предлагаю поставить и решить вопрос о создании специальных частей в ряде округов, надо начинать их готовить до войны, с кем бы она ни случалась. В составе армий эти части принесут большую пользу, выполняя, помимо специальной работы, задачи дальней разведки».

Так впервые в присутствии всей военной, партийной и государственной верхушки было высказано предложение о создании армейского спецназа.

В перерыве совещания армейский комиссар 1-го ранга Мехлис, проходивший мимо Мамсурова, недобро смерил полковника испепеляющим взглядом. А начальник автобронетанковых войск РККА Герой Советского Союза командарм 1-го ранга Павлов, соратник Мамсурова еще по Испании, правой рукой пожимая Хаджи-Умару руку, левой крутанул несколько раз у виска и тихо спросил: «Ксанти, ты дурной или бессмертный?».

После того апрельского совещания многие ожидали если не ареста, то уж как минимум перевода Мамсурова с понижением куда-нибудь на периферию. А он стал начальником 5-го отдела Разведупра Красной армии и был направлен на курсы усовершенствования командного состава при Военной академии им. М. В. Фрунзе.

22 июня Хаджи-Умар Джиорович лежал дома с высокой температурой, глотал таблетки, грел шею, которую невозможно было повернуть от дикой боли. Но оказалось, что война - лучшее лекарство для диверсанта: первое потрясение от страшного известия было столь велико, что болезнь мгновенно отступила.

В тот же день практически все подчиненные Мамсурова во главе с ним оказались в Белорусском особом военном округе. Теперь уже никто не спорил с Хаджи-Умаром о необходимости развертывания партизанский войны и диверсионной работы в тылу агрессора. Но где было взять этих самых командиров партизан и профессиональных диверсантов? По сути, 5-й отдел Разведупра — отдел Мамсурова — оказался единственным подразделением в верхушке РККА, способным хоть чему-то обучить людей, оставляемых партийными и государственными органами в тылу врага.

«Вся наша особая группа, - вспоминал после войны Хаджи-Умар Джиорович, - в те дни работала по организации сети агентуры в районе Рогачева, Могилева, Орши. В первую же встречу с секретарем ЦК Компартии Белоруссии Пономаренко мы обговорили вопросы организации партизанского движения и срочной подготовки специальных разведывательно-диверсионных кадров, набросали план мероприятий. Разумеется, руководство Белоруссии нашло, организовало людей. Но их надо было ознакомить с тактикой партизанской войны, установить явки, связи, конспиративные квартиры, тайники, подготовить агентов для деятельности в подполье. Кроме нас сделать это было некому.

Сам я выехал под Могилев в район подготовки партизанских отрядов, где проводил занятия по тактике диверсионных действий. Обучение шло днем и ночью. Уже утром 29 июня мы направили на выполнение боевых задач в тылу противника первую группу — около 300 человек. Так зарождалось партизанское движение в Белоруссии».

На Западном фронте Мамсуров находился до 7 июля, пока шифрограммой не был отозван в столицу, где получил новое предписание - убыть в Ленинград для организации партизанского движения на Северо-Западном фронте.

Увы. там долго заниматься своим делом полковнику Мамсурову не пришлось. После прорыва немцев под Чудовом Хаджи-Умар был вынужден принять под свое командование остатки 311-й стрелковой дивизии, организовать оборону на новом рубеже и руководить тяжелыми оборонительными боями соединения. 24 августа новоиспеченный комдив был тяжело ранен осколками снаряда - сразу в обе ноги и руки.

После выписки из госпиталя полковника назначили в штаб партизанского движения, где Мамсуров возглавил оперативный отдел, лично готовил будущих командиров партизанских отрядов.

Когда наши дела на юге пошли из рук вон плохо, постановлением Государственного комитета обороны от 3 августа 1942 года для руководства партизанской борьбы на Северном Кавказе и в Крыму при военном совете Северо-Кавказского фронта был создан Южный штаб партизанского движения. Возглавил его полковник Мамсуров. При штабе он организовал школу по подготовке диверсионных кадров, к преподавательской работе привлек многих бывших бойцов интербригад, которых знал еще по Испании.

Одновременно Хаджи-Умар подал предложение о формировании легких кавалерийских дивизий, предназначенных, в условиях отсутствия сплошной линии фронта, для глубоких стремительных рейдов по тылам противника. Идея понравилась, была одобрена на самом верху, и в марте 1943 года полковник Мамсуров вступил в должность командира 2-й гвардейской Крымской кавалерийской дивизии, с которой воевал до Победы.

И как воевал!

В начале октября 1943-го конники Мамсурова форсировали Днепр севернее Киева, расширили плацдарм для войск 60-й армии и пошли «гулять» по фашистским тылам. 11 ноября они овладели городом Коростень, а 12 ноября - Житомиром. Имея в распоряжении лишь трофейную артиллерию, кавалеристы-гвардейцы в течение шести дней удерживали Житомир, уничтожив при этом более 50 танков и свыше трех тысяч солдат и офицеров противника. Город был все же сдан, однако измотанный враг не успел на помощь своим частям, дерущимся под Киевом. Наступление гитлеровцев в фастовско-киевском направлении было сорвано. За отличное руководство боевыми действиями девизии Хаджи-Умар Джиорович был награжден орденом Суворова 2-й степени и произведен в генерал-майоры. (см. приложение1)

В конце января 1944 года конники Мамсурова переправились через реку Стырь и, оказавшись в тылу врага, стремительно двинулись в южном направлении. Дивизия, соединившись с несколькими партизанскими отрядами, разгромила 19-пехотную дивизию венгров и 143-ю пехотную немцев, освободила многие населенные пункты и 1 февраля 1944 года подняла красное знамя над Луцком. Двигаясь на соединение с наступавшими частями 1-го Украинского фронта. Кавалеристы основательно потрепали тылы дубненской группировки противника.

Рейды по немецким тылам были сокрушительны. В сентябре 1944 года, прорвав оборону противника, конники Мамсурова в составе 1-го гвардейского кавалерийского корпуса успешно действовали на территории Чехословакии. А 24 южнее Торгау они провели свой последний бой, в ходе которого, помимо захвата богатых трофеев, освободили из двух концлагерей 15600 узников.

29 мая 1945 года Хаджи-Умар Джиорович был удостоен звания Героя Советского Союза. В тот же день он был назначен командиром батальона сводного полка 1-го Украинского фронта, с которым 24 июня участвовал в параде Победы.

В 1948 году генерал окончил Военную академию Генерального штаба. Командовал корпусом, армией. Вновь повоевать ему пришлось осенью 1956-го, когда в Венгрии вспыхнул военный мятеж и в страну были введены советские войска. Части Мамсурова принимали участие в восстановлении порядка в Дебренце, Мишкольце и Дьере, где за неделю без особого труда и потерь справились с поставленной задачей.

В 1957 году Хаджи-Умара Джиоровича назначили на должность заместителя начальника ГРУ. Одновременно возглавлял Центр особого назначения.

Генерал, всю жизнь отдавший советский военной разведке и ставший одной из ее легенд еще при жизни, скончался 5 апреля 1968 года и был похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

Хаджи-Умар Мамсуров стал примером для всех поколений, которые жили и живут после него: примером настоящего осетина, мужественного и отважного в бою, настоящего героя…

Мамсурову посвящён документальный фильм «У времени в стременах».

Его именем названы улицы во Владикавказе и в Цхинвале, Беслане,

Грозном и Луцке... В Москве на доме, в котором генерал жил многие годы, установлена мемориальная доска, в его родном селе Ольгинское установлен памятник...

Не забыла легендарного осетина, Героя Советского Союза, и солнечная Испания. В феврале 2015 года в городе Фуэнлабраде был установлен памятник полковнику Ксанти. Через семьдесят девять лет он вернулся в Испанию - в граните и бронзе…

Использованная литература:

Муриев Д. З. Осетии отважные сыны. - Орджоникидзе,
1967 г.
Челехсаты К. С. Осетия и осетины. - СПб,
1994 г.
Лурье В. М. ГРУ: дела и люди.
Софронов И. Горец Ксанти // Братишка -
2012 г.
Макеев С.  Кто Вы, полковник Ксанти? // Совершенно секретно - 
2011 г.

 
Рубрика: "Русское слово в Южной Осетии", №1(17), 2020 год | Просмотров: 465 | Добавил: Редактор | Дата: 26 Февраля 2024 года.
Друзья сайта
Президент РЮО
Правительство РЮО
Парламент РЮО
МИД РЮО
Посольство РФ в РЮО
Представительство Россотрудничества в РЮО
Международная ассоциация преподавателей русского языка и литературы
Координационный совет общественных организаций российских соотечественников
в Южной Осетии

Газет "Хурзæрин"
Газета "Южная Осетия"
"Sputnik - Южная Осетия"
ИА "Рес"
МИА "Южная Осетия сегодня"


Календарь
«  Июнь 2020  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930
Архив записей