25 Февраля 2024
"Надо любить и хранить те образцы русского языка, которые унаследовали мы от первоклассных мастеров". Д.А.Фурманов
Меню сайта
   Главная
   Новости
   Об АПРЯЛЮО
   Журнал, юбилеи
   Подшивка
   Конференции
   Семинары
   Конкурсы
   Международное
    сотрудничество
   Достижения студентов
    и школьников
   Методический уголок
   Литературная страничка
   Объявления
   О сайте
Поиск на сайте


Статистика


Провокация против немецкой славистики

Автор статьи В. Писанов с политической и науч­ной точки зрения прими­тивным и подлым образом кле­вещет на Макса Фасмера (1886–1962), одного из самых крупных немецких славистов старше­го поколения. Статья вызвала сильное возмущение славистов не только в Германии.

Решающее значение Фасме­ра как учёного состоит в том, что он в 20-х годах прошлого века отделил славистику от индоевропеистики в Германии, добился того, что она стала самостоятельной дисциплиной в рамках филологии – с соб­ственным институтом, библио­текой, учебным планом, публи­кациями. Основным фокусом исследовательской работы учё­ного была история славянских языков. Самым важным произ­ведением Фасмера является его Russisches etymologisches Wörterbuch (1950–1958), переведён­ный и дополненный советским филологом О.Н. Трубачёвым. Этот «Этимологический словарь русского языка» и до сих пор счи­тается самым основательным этимологическим словарём русского языка с высокой репу­тацией в научном мире.

Профессор Фасмер считал славистику и средством рас­пространения знаний о куль­туре славян среди берлинской общественности. С 1928 года он был членом-корреспондентом Академии наук СССР.


 

   
Первое издание четырёхтомника на русском языке было осуществлено в 1964–1973 гг.

Во время немецкого фашиз­ма органам власти не удалось вовлечь Фасмера в идеологию и действия системы. Исследова­ние отношения немецких уни­верситетов к фашизму пока­зывает, что это совсем не то, что разумелось бы само собой. Именно славистика находи­лась под угрозой идеологи­зации, так как она считалась релевантной для так называе­мой Ostforschung (програм­мы восточных исследований). Известно, что и фонд Deutsche Forschungsgemeinschaft (DFG, Немецкое исследовательское сообщество) финансировал «Ostforschung», работающий в интересах нацистской под­готовки к войне, теории рас, расширения жизненного про­странства. Берлинский инсти­тут славистики в то время посо­бия от DFG не получал, он также не принимал участия в актив­ной с 1940 года кампании «Воен­ные акции гуманитарных наук».

Фасмер, в сущности, не был политическим человеком. Его воля к сопротивлению осно­вывалась на общих моральных и демократических принципах, которые отражались в том, что он не допускал политизацию института. Его сотрудники не были членами нацистской партии НСДАП. Здесь не писа­ли идеологически окрашенных статей. Для учёного было само собой разумеющимся не участ­вовать в акции немецких про­фессоров в поддержку Гитлера в 1933 году.

Следует подчеркнуть тот факт, что Фасмер участвовал в освобождении польских учё­ных, которые были арестованы коварным образом командой СД после оккупации Крако­ва вермахтом в 1939 году. При этом оказалось полезным, что у него – несмотря на надзор со стороны органов власти – всё время были определённые свя­зи с научным сообществом за границей.

После 1945 года моральная и политическая безупречность Фасмера во времена фашиз­ма была полностью признана. Советская военная админи­страция в Берлине оставила его в должности профессора, а в 1947 году учёный получил приглашение Университета в Стокгольме на кафедру слави­стики – его репутация в науч­ном мире оставалась безуко­ризненной. Фасмер был един­ственным немецким славистом высокой должности, который после войны признал причаст­ность немецкой науки к рас­пространению фашистской идеологии и преступлениям против цивилизации. Извест­но его выступление с докла­дом «Die Haltung der Berliner Universität», сделанным перед коллегией университета в Осло в 1947 году, куда его пригласил директор Институтa культу­роведения этого университета профессор Didrik Arup Seip. Ему помогал Фасмер во время немецкой оккупации Норвегии (1940–1945).

Немецкая славистика обяза­на настойчиво защищать покой­ного от клеветы, распространяе­мой Писановым. Автор по неве­жественности (или намеренно?) смешивает этимологический словарь со словарём заимство­ванных слов. Он полемически утверждает, что Фасмер зани­мает позицию, согласно которой вся русская лексика состоит из заимствований, из чего следу­ет, что русский народ в течение истории не был в состоянии развивать собственную лекси­ку. Этот абсурд автора не стоит комментировать.

Апогей клеветы вытекает из обвинения, что Фасмер работал под прямым покровительством фашистского режима: «У мно­гих биографов нет сомнений, что он трудился под прямым патронатом Геббельса. Одна­ко более вероятно благораспо­ложение «отца концлагерей» и мистического общества Ане­нербе (…) Гиммлера» (биогра­фов автор не представляет). Это особо возмутительная кле­вета на учёного, относившегося к данному режиму с презрени­ем. Язвительные измышления продолжаются тем, что Писа­нов, без всякого доказатель­ства, постулирует духовную близость Фасмера к Шмидт-Рору, заведовавшему отделом языковой социологии в пре­ступной организации СС Ане­нербе: «… можно смело допу­скать, что это был круг друзей белокурого Макса Фасмера».

Сумасбродный упрёк в адрес определённого круга россий­ского языкознания в самоуни­чижительном продолжении иностранного враждебного дела – фантастический. Ведь российское языкознание – одно из самых сильных в мире, ни от чего не зависящее, тем более от политических идей бывшего фашизма…

Проблема заключается не в том, что кто-то написал такой до смешного безоснователь­ный и лживый текст, а в том, что газета предоставила авто­ру возможность опубликовать свою клевету и распространить её по всей России и за рубежом.

Хорошо, что теперь немецкой славистике предоставляется возможность возразить и защи­тить светлое имя учёного.

Весьма утешительно, что больше 250 коллег в России и в других странах заявили про­тест против этой публикации. Лучше невозможно показать, что немецкое и русское языко­знание – совместные наслед­ники дела Макса Фасмера.

Хельмут ЯХНОВ,
профессор славистики, Германия

Источник: "ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА", №48, 2019


ОБ АВТОРЕ: 

Хельмут Яхнов
родился в 1939 году в Киенитце.

Изучал слави­стику (наряду с другими предметами) в Бер­лине и Сараеве. На первом кур­се в Берлине учился и у про­фессора Фасмера.

Научный сотрудник отделения славистики университета в Кон­станце (Германия), с 1976 го­да – профессор славистики в Рурском университете Бохума (Германия). Больше 150 публи­каций по разным предметам славистики. В настоящее вре­мя – на пенсии.


 

Рубрика: "Русское слово в Южной Осетии", №1(17), 2020 год | Просмотров: 516 | Добавил: Редактор | Дата: 25 Февраля 2024 года.
Друзья сайта
Президент РЮО
Правительство РЮО
Парламент РЮО
МИД РЮО
Посольство РФ в РЮО
Представительство Россотрудничества в РЮО
Международная ассоциация преподавателей русского языка и литературы
Координационный совет общественных организаций российских соотечественников
в Южной Осетии

Газет "Хурзæрин"
Газета "Южная Осетия"
"Sputnik - Южная Осетия"
ИА "Рес"
МИА "Южная Осетия сегодня"


Календарь
«  Июнь 2020  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930
Архив записей